Оскар Уайльд — «Портрет Дориана Грея». Глава пятнадцатая — краткое содержание

Пятнадцатая глава разворачивается как резкий контраст между внешним блеском светской жизни и внутренним ужасом Дориана Грея после убийства Бэзила Холлуорда. В тот же вечер Дориан появляется в гостиной леди Нарборо — безупречно одетый, элегантный, окружённый вниманием и шутливым флиртом. Никто из присутствующих не может заподозрить, что всего несколько часов назад он стал убийцей. Сам Дориан с болезненным удивлением осознаёт, насколько легко ему удаётся играть роль светского человека, и на мгновение испытывает почти наслаждение от двойственности своей жизни.

Светская беседа за обедом наполнена ироничными разговорами, остротами лорда Генри и нарочито пустыми обсуждениями браков, морали и общественных условностей. Дориан участвует в этом разговоре, но внутренне остаётся напряжённым и рассеянным. Он почти не ест, много пьёт, его раздражает любопытство Генри, особенно вопросы о прошедшей ночи. В этом диалоге впервые проявляется реальная опасность разоблачения: случайный интерес друга заставляет Дориана ощутить, насколько хрупка его внешняя безмятежность.

Покинув дом леди Нарборо, Дориан возвращается домой, где вновь сталкивается с последствиями преступления. Он понимает, что одних только исчезновения тела недостаточно — необходимо уничтожить все улики. В одиночестве, охваченный отвращением и страхом, он сжигает вещи Бэзила, наблюдая, как огонь уничтожает последние следы его жертвы. Этот процесс изматывает его физически и морально, но не приводит к раскаянию — лишь к усталости и опустошению. Затем внимание Дориана притягивает старинный шкаф с потайным отделением. Он достаёт оттуда экзотический китайский ларец с зелёной пастой — символ искусственного забвения и добровольного саморазрушения. После короткого колебания Дориан решается воспользоваться этим средством. Под покровом ночи он покидает дом и отправляется в опасный район города, окончательно подтверждая свой выбор: вместо признания и покаяния — бегство в порок и притупление сознания. Глава завершается движением в туманную ночь, где страх и наслаждение сливаются воедино.