Оскар Уайльд — «Портрет Дориана Грея». Глава шестнадцатая — краткое содержание

Шестнадцатая глава погружает читателя в тёмную, изнаночную сторону Лондона и показывает, как бегство Дориана Грея от совести перерастает в прямое столкновение с прошлым. Ночью, под холодным дождём и в густом тумане, Дориан едет в кэбе к опиумным притонам, стремясь заглушить память о преступлении. Его мысли непрерывно возвращаются к словам лорда Генри о «лечении души чувствами», которые он использует как интеллектуальное оправдание своего падения. Забвение становится для него не слабостью, а сознательной целью.

В притоне Дориан встречает Адриана Сингльтона — разрушенного человека, чья жизнь была сломана пороком и зависимостью. Этот эпизод болезненно напоминает Дориану обвинения Бэзила Холлуорда: он на мгновение задумывается, не виновен ли он в гибели чужих судеб. Однако эти сомнения быстро подавляются — он спешит уйти туда, где его никто не знает, где можно окончательно раствориться в безобразии и тьме.

Покинув притон, Дориан бродит по набережной, всё глубже погружаясь в мрачные размышления о зле, свободе воли и неизбежности падения. Именно здесь происходит резкий поворот: в тёмной арке на него нападает незнакомец и прижимает к стене с револьвером. Человек объявляет себя Джеймсом Вэном, братом Сибиллы, и обвиняет Дориана в её гибели. Он много лет искал «Прекрасного Принца» и теперь намерен отомстить.

В смертельный момент Дориан находит единственное спасение — свою вечную молодость. Он подводит Джеймса к свету фонаря и заставляет посмотреть на своё лицо. Неизменная юность убеждает Вэна, что перед ним не может быть человек, погубивший Сибиллу восемнадцать лет назад. Джеймс отступает, считая, что едва не совершил страшную ошибку. Однако опасность не исчезает. Женщина из притона подтверждает Джеймсу правду: Дориан и есть тот самый «Прекрасный Принц», не изменившийся за долгие годы. Осознание этого превращает Джеймса Вэна в тень возмездия, которая отныне будет преследовать Дориана. Глава завершается ощущением нарастающего рока: портрет даровал Дориану спасение от пули, но тем самым сделал его жизнь объектом охоты и предвестием неминуемой расплаты.