Краткое содержание повести «Яма» Александра Ивановича Куприна

История о жизни публичных домов на окраине большого города, где за блеском зеркал скрываются сломанные судьбы, отчаяние и попытки сохранить человеческое достоинство.

Повесть начинается с описания Ямской слободы — района, который со временем превратился в квартал официальных домов терпимости. Две улицы заняты заведениями, где каждую ночь разыгрывается один и тот же спектакль: музыка, огни, танцы, пьяные разговоры и бесконечная череда мужчин, приходящих «как в ресторан или на вокзал». Днём Яма спит, к вечеру оживает, и всё повторяется снова.

В центре повествования — один из таких домов, принадлежащий Анне Марковне. Хозяйка строгая и расчётливая, но по-своему заботливая к своим «девицам». В заведении живут разные женщины: грубоватая и уставшая Паша, наивная Люба, вспыльчивая Нюра, рассудительная Тамара и самая яркая фигура — Женя. Она умна, горда, болезненно самолюбива и особенно остро ощущает унижение своего положения.

Куприн подробно показывает повседневность публичного дома: приготовление к вечеру, репетиции музыкантов, разговоры, зависть и ссоры. Девушки привыкают к унижению, многие смиряются и воспринимают происходящее как обычную работу. Но Женя не может примириться с мыслью, что она «публичная» — ничья, лишённая права на уважение. Её монологи полны ненависти к мужчинам, которые приходят, платят и уходят, не задумываясь о том, что перед ними живой человек.

Среди посетителей появляются студенты, журналисты, актёры. Один из них — Платонов — наблюдатель, сочувствующий, человек с пытливым умом. Он видит в происходящем социальную болезнь, а не личный порок женщин. Другой студент, Лихонин, увлекается идеей «спасти» одну из девушек — наивную Любку. Под влиянием Жени он решает выкупить её и помочь начать новую жизнь. Сначала всё кажется возможным: Любка покидает дом, получает документы, пытается учиться, читать, приобщиться к «честной» жизни.

Однако вскоре выясняется, что одного порыва недостаточно. Лихонин устает, путается в своих чувствах и обязанностях. Любка, не имея образования и навыков, оказывается зависимой от него. Их связь постепенно разрушается. Спасение оказывается иллюзией: общество не готово принять девушку с таким прошлым, а сам спаситель не способен выдержать ответственность.

Тем временем жизнь в Яме идёт своим чередом. Мужчины разных сословий — от офицеров до революционеров — одинаково пользуются услугами женщин, не задумываясь о нравственной стороне. Периодически вспыхивают ссоры, драки, скандалы. Одна из девушек, Паша, тяжело заболевает и фактически оказывается никому не нужной. Её состояние вызывает у некоторых жалость, но изменить систему никто не в силах.

Женя всё больше ожесточается. Она презирает клиентов, спорит с подругами, не верит в возможность спасения. Её прошлое трагично: в детстве мать продала её, и с тех пор она переходила «из рук в руки». В отличие от других, она ясно осознаёт весь ужас своего положения и потому страдает сильнее.

Постепенно вокруг дома сгущается атмосфера беды. Скандалы, доносы, проверки, давление властей — всё это разрушает привычный уклад. Один из эпизодов заканчивается трагически: Женя кончает с собой. Её смерть становится страшным итогом внутренней борьбы. Она не смогла ни смириться, ни вырваться — и выбрала единственный, как ей казалось, способ прекратить унижение.

После её смерти дом словно оказывается под роковым проклятием. Несчастья следуют одно за другим. Анна Марковна вынуждена оставить своё дело. Вскоре она умирает — тихо, почти незаметно, будто вместе с ней уходит целая эпоха. Другие герои тоже постепенно исчезают: кто-то разоряется, кто-то спивается, кто-то погибает.

Финал повести лишён надежды на быстрое исправление мира. Яма остаётся символом общественной «клоаки», куда стекаются лицемерие, похоть и равнодушие. Куприн показывает, что проституция — не частный порок отдельных женщин, а результат общественного устройства, в котором мужчины позволяют себе всё, а женщины становятся жертвами.

История завершается ощущением безысходности: система продолжает существовать, новые девушки приходят на место погибших и ушедших, а город по-прежнему живёт двойной моралью. Яма остаётся — как рана, как тёмная сторона цивилизованного общества.