Анна Каренина - Том 1 - Глава 34

Вернувшись в Петербург, Вронский заезжает в свою квартиру на Морской, оставленную на попечение товарища Петрицкого. Уже у подъезда он слышит смех, женский французский говор и шум. В квартире — баронесса Шильтон, Петрицкий и ротмистр Камеровский. Обстановка лёгкая, игривая, наполненная кокетством, шутками и кофе, который в конце концов проливается, вызывая ещё больший смех.

Баронесса жалуется на мужа, говорит о разводе и процессе из-за имения, а Вронский, мгновенно вернувшись в привычную петербургскую роль, даёт полушутливые советы и легко поддерживает тон. Здесь царит особый мир — мир «настоящих людей», для которых элегантность, смелость, страсть и весёлость важнее долга, верности и серьёзности. Вронский ясно разделяет людей на два «сорта»: старомодных и смешных, верящих в обязательства, и тех, кто живёт свободно и смеётся над условностями.

После московских впечатлений он на мгновение был ошеломлён, но теперь, словно «всунул ноги в старые туфли», снова чувствует себя дома — в беззаботной и блестящей среде.

Петрицкий рассказывает о своих долгах, угрозах посадки, любовных интригах и нелепых скандалах. История о придворном бале и каске, из которой высыпаются груши и конфеты, вызывает у Вронского здоровый, неудержимый смех. Он смеётся искренне, громко, по-мужски.

Одевшись в мундир, Вронский отправляется с визитами: к брату, к Бетси Тверской и в светские дома. Он намерен начать появляться там, где сможет встречать Анну. Как всегда в Петербурге, он выезжает из дома с твёрдым намерением не возвращаться до поздней ночи.

Глава завершает первую часть контрастом: на фоне внутреннего напряжения Анны мир Вронского остаётся лёгким, блестящим и безответственным — но именно в этом мире будет развиваться их связь.