Марья Николаевна

Марья Николаевна появляется в романе на периферии большого светского мира, но её присутствие сразу отмечено социальной и человеческой уязвимостью. Её прошлое прямо связано с миром, от которого общество предпочитает отворачиваться: она была женщиной, осуждённой за попытку уйти из дома разврата, и это обстоятельство навсегда определило её положение и манеру существования. Даже форма обращения к ней — неестественно чуждая, без привычного «вы» — подчёркивает, насколько резко она исключена из круга признанных, «достойных» людей.

Судьба Марьи Николаевны тесно переплетается с жизнью Николая Левина. Она живёт рядом с ним в годы его нравственного и физического распада, становится его постоянной спутницей, единственным устойчивым человеческим присутствием в его болезненном, разрушенном быте. Их связь лишена официального статуса, но для самого Николая она имеет безусловную ценность: он открыто называет её своей «подругой жизни», требует уважения к ней и болезненно защищает её право быть принятой как равная. Это совместное существование строится на бедности, скитаниях, постоянной зависимости от случайных средств и всё усиливающейся болезни Николая.

Марья Николаевна живёт в условиях крайней неустроенности: дешёвые комнаты, неряшливый быт, зависимость от вспышек настроения и пьянства Николая. При этом именно она берёт на себя заботу о нём, сглаживает резкость его вспышек, старается удерживать его от саморазрушения, насколько это возможно в пределах её сил. В её поведении нет расчёта или стремления извлечь выгоду; напротив, она оказывается человеком, для которого привязанность и участие становятся единственной формой существования.

Социально Марья Николаевна полностью лишена защиты. Она не имеет семьи, имени, которое что-то значит в обществе, или перспективы выйти из своего положения. Её прошлое навсегда закрывает для неё возможность «нормальной» жизни, а настоящее связано с человеком, обречённым на гибель. Толстой не даёт ей собственной линии развития вне этой связи: её жизненный путь разворачивается внутри чужой трагедии, рядом с ней и вместе с ней.

К моменту смерти Николая Марья Николаевна остаётся без опоры и будущего. Её дальнейшая судьба в романе не прослеживается, и это молчание оказывается закономерным: её жизнь, лишённая общественного значения и защиты, исчезает так же тихо и незаметно, как и протекала. Именно в этом исчезновении отражается жёсткость социальной среды, не оставляющей места тем, кто однажды оказался за её пределами.