Варвара Андреевна (Варенька)

Варвара Андреевна, которую в романе обычно называют Варенькой (m-lle Варенька), появляется в так называемой «заграничной» части повествования — на водах, где княжна Кити Щербацкая проходит лечение после тяжёлого душевного кризиса. Варенька приезжает туда вместе с больной русской дамой — мадам Шталь. Уже при первом знакомстве Кити замечает её особую роль: Варенька ухаживает за Шталь и «самым натуральным образом» помогает другим тяжело больным на курорте. При этом подчёркивается важная деталь: она не является ни родственницей мадам Шталь, ни её наёмной помощницей — её положение остаётся неопределённым, неслужебным и несемейным одновременно.

Постепенно выясняется, что Варенька была воспитана мадам Шталь и постоянно живёт с ней за границей. Сама она прямо говорит княгине, что называет Шталь «maman», хотя между ними нет кровного родства. Роман раскрывает и необычную историю её происхождения: после смерти младенца мадам Шталь родственники, опасаясь потрясения, подменили ребёнка, взяв родившуюся в ту же ночь и в том же доме в Петербурге дочь придворного повара. Этой девочкой и была Варенька. Позднее мадам Шталь узнала правду, но продолжила воспитывать её, тем более что вскоре у Вареньки не осталось родных.

Варенька изображена человеком, чья жизнь строится на привычке к заботе и внутренней дисциплине. Она «всегда казалась занятою делом», и именно эта будничная, спокойная самоотдача производит на Кити сильнейшее впечатление. В ней Кити видит образец «достоинства жизни», существующего вне светской игры и брачного расчёта.

В курортном эпизоде Варенька не становится центральной фигурой сюжета, но выполняет роль нравственного ориентира — примера тихого служения, который Кити в тот момент склонна воспринимать почти как идеальную форму жизни.

Позднее, уже в России, Варенька исполняет своё обещание приехать к Кити после её замужества и действительно гостит в доме Левиных. Здесь она включена в семейный круг, общается с детьми, участвует в повседневной жизни и остаётся прежней — спокойной, полезной, не стремящейся к вниманию.

В романе намечается и возможный поворот её судьбы — интерес к Вареньке со стороны Сергея Ивановича Кознышева. Он внутренне готовится к предложению, размышляет о ней как о «бедной и одинокой» девушке и почти решается, однако решающий разговор не происходит. Вместо признания он задаёт случайный, бытовой вопрос о грибах. Оба понимают, что главное не будет сказано, и линия обрывается без брака.

К концу романа судьба Варвары Андреевны остаётся без внешней развязки. Толстой сохраняет за ней тип жизни, построенной не на демонстративном счастье и не на сюжетном успехе, а на устойчивой способности быть рядом с чужой болью и чужими заботами — спокойно, просто и без притязаний на центр сцены.