Автор: Админ | Дата публикации: 19.11.2026
Во время обеденного перерыва Уинстон Смит стоит в очереди в переполненной столовой Министерства правды. К нему подходит Сайм, сотрудник Исследовательского отдела, который участвует в составлении одиннадцатого издания словаря новояза. Сайм спрашивает, нет ли у Уинстона запасных лезвий для бритвы. Тот отвечает, что лезвий у него нет, хотя на самом деле бережёт два новых. В Океании постоянно не хватает самых обыкновенных вещей, и достать их можно лишь с большим трудом. Затем Сайм интересуется, ходил ли Уинстон на вчерашнюю казнь заключённых. Услышав отрицательный ответ, он с удовольствием вспоминает подробности казни. Уинстону неприятен этот разговор, и он старается сменить тему.
Получив скудный обед, мужчины садятся за стол под телекраном. Уинстон спрашивает о работе над словарём. Сайм оживляется и объясняет, что главная задача составителей новояза заключается не в создании новых слов, а в уничтожении существующих. Из языка постепенно убирают синонимы, антонимы и слова с дополнительными оттенками значения. Например, вместо слова «плохой» можно использовать «нехороший», а вместо нескольких слов, обозначающих высокую степень чего-либо, достаточно специальных приставок.
Сайм рассказывает, что Партия стремится максимально сократить возможности человеческого мышления. Когда новояз окончательно заменит прежний язык, мыслепреступления станут невозможными, потому что у людей не останется слов для выражения запрещённых мыслей. Сайм уверен, что к 2050 году никто уже не сможет понимать старояз. Произведения Шекспира, Байрона и других писателей перепишут на новоязе, причём их первоначальный смысл будет утрачен или изменён до противоположного. Уинстон хочет заметить, что прежний язык могут сохранить пролы, но вовремя останавливается. Сайм словно угадывает его мысль и равнодушно заявляет, что пролы вообще не считаются людьми.
Слушая собеседника, Уинстон приходит к убеждению, что Сайма рано или поздно уничтожат. Тот искренне предан Партии и ненавидит её врагов, но слишком умён, много читает и чересчур откровенно высказывает свои мысли. Услышав бессвязную партийную речь за соседним столом, он даже объясняет Уинстону значение слова «уткоречь». В новоязе оно обозначает речь, похожую на утиное кряканье. Если так говорит противник Партии, слово считается оскорблением, а если её сторонник — похвалой.
Вскоре к ним присоединяется Парсонс, сосед Уинстона по дому «Победа». Он напоминает о двух долларах, которые Уинстон обещал пожертвовать на подготовку Недели ненависти. Получив деньги, Парсонс начинает хвастаться своими детьми. Парсонс рассказывает, что сын стрелял в Уинстона из рогатки, и уверяет, что за это отругал мальчика и пригрозил забрать рогатку. Особенно его радует поступок семилетней дочери. Во время загородной прогулки девочка заметила мужчину в необычной обуви, решила, что перед ней иностранный шпион, и вместе с двумя подругами два часа следила за ним. Затем дети передали незнакомца патрулю. Парсонс не знает, что произошло с задержанным, но намекает, что его могли расстрелять.
Разговор прерывает сообщение Министерства изобилия. Из телекрана объявляют, что за прошедший год уровень жизни в Океании повысился на двадцать процентов. Перечисляются достижения в производстве продовольствия, одежды и других товаров. Среди успехов называют и увеличение недельной нормы шоколада до двадцати граммов. Уинстон прекрасно помнит, что ещё вчера Партия объявила о сокращении этой нормы с тридцати до двадцати граммов. Однако Парсонс с готовностью верит сообщению, а остальные посетители столовой тоже не выражают сомнений.
Уинстон оглядывается вокруг и думает о настоящих условиях жизни. В столовой грязно, еда невкусная, мебель старая и неудобная. Люди постоянно страдают от нехватки продуктов, одежды и самых необходимых вещей. Уинстон не помнит существенно иной жизни, но задаётся вопросом, не было ли когда-то иначе. Его удивляет, насколько легко окружающие принимают любые заявления Партии, даже если вчера слышали совершенно противоположное. Постепенно мысли Уинстона возвращаются к судьбам знакомых. Он уверен, что Сайм, миссис Парсонс, О’Брайен и он сам однажды будут уничтожены. Зато Парсонс и другие люди, которые без размышлений повторяют партийные лозунги, по его мнению, останутся в безопасности. В этот момент Уинстон замечает за соседним столом темноволосую девушку из отдела художественной литературы. Она пристально смотрит на него, но, встретившись с ним взглядом, сразу отворачивается. Уинстон пугается. Он вспоминает, что накануне во время Двухминутки ненависти девушка тоже находилась рядом с ним. Теперь ему кажется, что она следит за его поведением и пытается обнаружить признаки нелояльности. Даже случайное выражение лица может выдать человека: в Океании существует понятие «лицепреступление», за которое можно подвергнуться наказанию. Уинстон опасается, что девушка могла заметить на его лице выражение, выдающее его мысли.
Тем временем Парсонс продолжает рассказывать о детях. Однажды они подожгли юбку пожилой торговки, потому что та использовала плакат с изображением Большого Брата для упаковки колбасы. Парсонс гордится их поступком. Он также сообщает, что детям выдали специальные приспособления для подслушивания разговоров через замочные скважины. Вскоре телекран издаёт резкий свист, возвещающий окончание обеденного перерыва. Уинстон, Сайм и Парсонс поднимаются из-за стола и отправляются обратно на работу.
Тематика: Краткое содержание