Анна Каренина - Том 5 - Глава 28

В двадцать восьмой главе пятой части Анна и Вронский приезжают в Петербург и останавливаются в одной из лучших гостиниц. Вронский размещается отдельно, на нижнем этаже, а Анна живёт наверху вместе с ребёнком, кормилицей и девушкой, занимая большое отделение из четырёх комнат. Такое расположение подчёркивает неопределённость их положения: они связаны как семья, но их отношения ещё не оформлены законным браком.

В первый же день после приезда Вронский отправляется к брату. Там он встречает мать, приехавшую из Москвы по делам, и невестку. Они принимают его как обычно, расспрашивают о заграничной поездке и общих знакомых, однако намеренно ни словом не упоминают о его связи с Анной. На следующее утро старший брат сам приезжает к Вронскому и прямо спрашивает о ней. Алексей объясняет, что смотрит на свои отношения с Анной как на настоящий брак. Он надеется добиться развода, после чего официально жениться на ней, а до тех пор считает её своей женой и просит передать это матери и невестке.

Вронский говорит, что осуждение света ему безразлично. Но если родные хотят сохранять отношения с ним, они должны так же относиться и к Анне. Старший брат не знает, прав ли Алексей, поскольку привык сообразовываться с мнением общества, однако лично ничего не имеет против его решения и вместе с ним идёт к Анне.

В присутствии брата Вронский, как и при посторонних, обращается к Анне на «вы» и держится с ней как с близкой знакомой. При этом все понимают истинный характер их отношений. Во время разговора упоминается предстоящий отъезд Анны в имение Вронского. Несмотря на большой светский опыт, Вронский заблуждается относительно своего нового положения. В глубине души он понимает, что общество закрыто для них как для пары, но одновременно надеется, что прежние правила могли измениться под влиянием прогресса. Он признаёт, что придворный свет не примет Анну, однако считает, что близкие люди должны понять их положение и отнестись к нему справедливо.

Толстой сравнивает состояние Вронского с положением человека, который вынужден долго сидеть, поджав ноги. Пока человек знает, что в любой момент может переменить позу, неудобство остаётся терпимым. Но если он понимает, что должен сидеть так постоянно, начинаются судороги и появляется непреодолимое желание вытянуть ноги. Так же и Вронский, прежде не особенно дороживший светским обществом, теперь болезненно чувствует, что лишён возможности войти в него вместе с Анной. Очень скоро он замечает, что свет по-прежнему открыт лично для него, но закрывается перед Анной. Толстой сравнивает это с игрой в кошки-мышки: руки, поднятые, чтобы пропустить Вронского, немедленно опускаются перед его спутницей.

Одной из первых представительниц петербургского света, которую встречает Вронский, становится его кузина Бетси. Она радостно приветствует его, расспрашивает об Анне, их путешествии и разводе. Однако её воодушевление заметно уменьшается, когда она узнаёт, что развод ещё не оформлен. Бетси заявляет, что, несмотря на возможное осуждение, обязательно посетит Анну. Она действительно приезжает к ней в тот же день, но держится уже не так свободно и сердечно, как прежде. Бетси явно гордится собственной смелостью и хочет, чтобы Анна оценила её верность. Визит продолжается не более десяти минут, причём гостья говорит преимущественно о светских новостях. Перед уходом Бетси предупреждает Анну, что, пока та не станет законной женой Вронского, другие дамы будут встречать её холодно. Несмотря на демонстративное пренебрежение условностями, сама Бетси своим коротким и осторожным визитом показывает, насколько сильно зависит от правил света.

По её тону Вронский уже мог бы понять, чего следует ожидать от общества, но он предпринимает ещё одну попытку найти поддержку среди родных. На мать он не рассчитывает: прежде она восхищалась Анной, однако теперь непримиримо относится к ней, считая виновницей расстроенной карьеры сына. Зато Вронский возлагает большие надежды на Варю, жену старшего брата. Ему кажется, что Варя не станет осуждать Анну, решительно поедет к ней и будет принимать её у себя. Вронский отправляется к невестке и прямо высказывает своё желание.

Варя отвечает, что любит Алексея и не осуждает Анну. Она признаётся, что на её месте, возможно, поступила бы так же. Однако принять Анну в своём доме и тем самым способствовать её возвращению в общество Варя не может. Она объясняет, что у неё растут дочери и что ради мужа она обязана сохранять своё положение в свете. Варя готова сама посетить Анну, но не может свободно пригласить её к себе. Такой визит пришлось бы устраивать так, чтобы Анна не встретилась с людьми, которые отказываются её принимать, а это лишь сильнее подчеркнуло бы унизительность её положения. Вронский возражает, что Анна ничем не хуже множества женщин, которых Варя спокойно принимает в своём доме. Но он понимает, что решение невестки неизменно. Ему больно не только из-за её отказа, но и потому, что прежняя дружба между ними теперь неизбежно ослабеет.

После разговора с Варей Вронский признаёт бесполезность дальнейших попыток. Он решает провести оставшиеся в Петербурге дни словно в чужом городе, избегая прежних знакомых и общества, чтобы не подвергаться новым неприятностям и оскорблениям.

Дополнительной тяжестью становится постоянное присутствие имени Каренина. Вронскому кажется, что любой разговор неизбежно сворачивает к Алексею Александровичу и что в любом месте он может встретить его самого. Толстой сравнивает это ощущение с больным пальцем, которым человек будто нарочно задевает обо всё вокруг.

Пребывание в Петербурге становится для Вронского ещё мучительнее из-за нового и непонятного настроения Анны. Иногда она кажется особенно влюблённой в него, но затем внезапно становится холодной, раздражительной и непроницаемой. Вронский чувствует, что она чем-то мучается и что-то от него скрывает. Он не понимает и того, почему Анна словно не замечает светских оскорблений, которые отравляют его собственную жизнь и которые при её тонкой чувствительности должны были бы задевать её ещё сильнее.

Глава показывает фактическую светскую изоляцию Анны. Петербургское общество продолжает принимать Вронского, но только отдельно от неё. Бетси ограничивается коротким визитом, а Варя, не осуждая Анну лично, отказывается принимать её у себя на равных с другими гостями. Одновременно Вронский замечает внутреннее мучение Анны, однако его причина пока остаётся для него загадкой.