Анна Каренина - Том 5 - Глава 6

В шестой главе пятой части завершается венчание Левина и Кити. После обручения перед аналоем расстилают розовую шёлковую ткань. По свадебной примете тот, кто первым ступит на ковёр, будто бы будет главой в семье, но ни Левин, ни Кити в этот момент об этом не думают. Они так погружены в происходящее, что не слышат ни замечаний, ни споров гостей о том, кто ступил первым.

Начинается собственно венчание. Священник задаёт обычные вопросы о желании вступить в брак и о том, не обещались ли они другим. Ответы Левина и Кити звучат для них самих странно и торжественно: обычные слова обряда становятся частью их новой жизни.

Кити старается слушать молитвы и понять их смысл, но чувство радости и торжества переполняет её так сильно, что она уже не может сосредоточиться. Слова о браке, детях, единстве мужа и жены кажутся ей прекрасными и естественными. На её лице появляется такое светлое сияние счастья, что оно передаётся окружающим.

Когда на молодых надевают венцы, Кити улыбается, а Левин, оглянувшись на неё, поражается её радостному выражению. Его собственное состояние тоже меняется: ему становится светло и весело. Обряд, который раньше вызывал в нём страх и растерянность, теперь наполняется живой радостью. Венчание постепенно превращается для всех присутствующих в общее счастливое движение. Левину кажется, что улыбаются не только он и Кити, но даже священник и дьякон. Щербацкий и Чириков, поддерживающие венцы, путаются в шлейфе Кити, отстают, натыкаются на молодых, но и это уже не выглядит неловкостью: всё озарено общей радостью.

После последней молитвы священник поздравляет молодых и говорит им поцеловать друг друга. Левин осторожно целует Кити, подаёт ей руку и выходит из церкви с новым, непривычным ощущением близости. Он ещё не может до конца поверить, что всё совершилось. Только когда их взгляды встречаются, он чувствует, что они теперь действительно стали одним целым.

После ужина в ту же ночь Левин и Кити уезжают в деревню. Так завершается свадебная линия первых глав пятой части: от тревоги, сомнений и смешной суеты Толстой приводит героев к тихому, светлому ощущению новой жизни.